Регистрация / Вход



ЗНАКОМЬТЕСЬ - "ТАЛИБАН"

Печать

 

kabul talibyСобытия в Афганистане кроме признаков социально-политического катаклизма отличаются от подобных ситуаций тем, что власть в недавно еще светской стране захвачена религиозными радикалами движения «Талибан», запрещенного в РФ и признанного ООН террористической организацией.

В начале июля на переговорах делегации захвативших власть в Афганистане представителей запрещенного в РФ движения Талибан с министром иностранных дел РФ Сергеем Лавровым, обсуждалась будущая ситуация в стране. Террористы не скрывали, что установление их полного контроля над Афганистаном - дело лишь небольшого времени. Лавров же пытался получить от талибов гарантии, что их влияние не распространится на Таджикистан и другие государства за пределами Афганистана. Разумеется, желанные заверения, согласно информации МИД РФ, в том, что границы государств Центральной Азии группировкой нарушаться не будут, были получены.

Кроме прочего, Россия заинтересована в том, чтобы на территории Афганистана не закрепилось движение Исламское государство, также запрещенное в РФ.

Вполне очевидно, что для талибов визит в Россию и, вероятно, в какие-то другие страны, которые решатся на контакты с террористами, это способ своей легитимации в международном сообществе - в смысле, возможность стать не только признанным политическим актором, но и «рукопожатными». В реальности же, руководство Талибана не могло гарантировать, что чего-либо нежелательного для России и других государств не произойдет: в целом это движение составляют множество разрозненных групп боевиков, кроме того среди самих талибов присутствуют представители других радикальных движений, преследующих собственные цели.

Отказ движения Талибан от каких-либо переговорных мероприятий с правительством бывшего уже президента Гани изначально объяснялся намерением создания в стране исламского государства - то есть своеобразной альтернативы абсолютному большинству государств цивилизованного мира. При таком обстоятельстве президент Гани воспринимался талибами принципиально неприемлемой фигурой, т.к. он является доктором наук в области антропологии Колумбийского университета, бывшим преподавателем в Беркли и специальным представителем миссии Всемирного банка, курировавшей кредитную программу по реабилитации российских угольных шахт.

С момента принятия на уровне МИД делегации движения «Талибан» в России прошло несколько недель, и вот – некоторые реакции СМИ на настоящее положение дел в Афганистане.

 

 

«Министр иностранных дел России Сергей Лавров заявил, что представители движения «Талибан» (запрещено на территории России) «вменяемые люди» — к такому выводу он пришел в ходе их переговоров в Москве. «Они очень четко заявили, что они не имеют никаких планов создавать проблемы для центральноазиатских соседей Афганистана, что они будут бескомпромиссно продолжать бороться с ИГ (организация запрещена на территории РФ) и что они готовы обсуждать с другими афганцами политическое устройство государства, потому что их до этого все обвиняли, что они хотят создать исламский эмират на основе законов шариата. Заявление о котором я говорю, посылает очень важный сигнал  — что они вменяемые люди», — сказал Лавров.  Также он призвал власти Кабула как можно быстрее начать переговоры с талибами, а не пытаться «сохранить неопределенность».

Позднее посол России в Кабуле Дмитрий Жирнов заявил, что талибы открыты к участию России в экономике, «включая освоение недр».

Источник

 

«Движение «Талибан» (запрещено в РФ) нацелено на установление исламского правления в стране, экономическое развитие не в списке его приоритетов, считает главный научный сотрудник Института международных исследований МГИМО Андрей Казанцев.

«Народ будет потихонечку деградировать, вымирать и так далее. Цель же «Талибана» – исламское правление, а не экономическое развитие», - сказал он в интервью, опубликованном в понедельник в журнале «Эксперт».

По его мнению, если «Талибан» сумеет договориться с внешними игроками, чтобы они минимально его признали и не поддерживали его противников, то, скорее всего, он cможет править основной частью Афганистана «до бесконечности».

«Просто это будет, если брать опыт 1990-х, что называется «до последнего афганца». Ну а что? Если Афганистан погрузится в то средневековье, в которое погрузил его «Талибан» в 1990-е годы, так жить можно до бесконечности», - уверен Казанцев.

При этом, отвечая на вопрос, есть ли кто-то, кто может ему противостоять «Талибану» в настоящий момент, эксперт отметил, что сейчас все противники движения растеряны, а пришедшим к власти талибам достались гигантские запасы вооружения».

Источник

 

«Талибы (участники запрещенного в России движения - ИФ) не станут повсеместно практиковать шариатское забивание камнями, считает российский специалист по проблемам ислама Алексей Малашенко.

«Это все-таки экзотическое и довольно редкое наказание. Между прочим, в Саудовской Аравии, которая тесно партнерствует с Америкой, это тоже есть. И в Иране есть, только мы не обращаем на это внимания, потому что поставляем ему оружие», - сказал он в интервью, опубликованном в еженедельнике «Собеседник».

Малашенко выразил мнение, что такие наказания будут случаться «как эксцессы, и не в городах».

«Я не представляю, как это может быть в Кабуле или даже в том же Герате. Сами же талибы против этого, им сейчас не нужен жесткий средневековый имидж. Но где-то будет, это неизбежно», - считает исламовед.

Говоря о введении обязательного радикально исламского дресс-кода для женщин, Малашенко высказал мнение, что повсеместным он также не станет.

«Если вы про несчастных забитых женщин, то это не так. Там часть женского общества настолько активна и политизирована – это вам не крепостные крестьянки. Особенно в Кабуле, Герате. Они просто так не сдадутся. А уничтожать их – себе дороже, тогда денег меньше будет, будет расшатываться ситуация», - заметил эксперт.

По его мнению, новые афганские власти будут проецировать идею не просто джихада, а мирного джихада.

«А мирный джихад, как говорят в арабском мире, это посадить дерево, построить фабрику и родить ребенка. Вот в этом направлении они сейчас будут работать. А что получится – посмотрим», - заключил Малашенко.

Источник

 

Александр ГОЛЬЦ

 

Кабул пал. Что теперь делать с талибами?

 

Талибы захватили Афганистан и его столицу Кабул. Ужас и хаос панической эвакуации, которые мир помнит по съемкам почти полувековой давности с крыши американского посольства в Сайгоне, повторяются ныне в кабульском аэропорту. Мой друг и коллега Аркадий Дубнов порекомендовал съесть свои шляпы многочисленному отряду отечественных экспертов и дипломатов, которые все последние недели убеждали, что президент Гани и его армия способны организовать длительное сопротивление террористическому Талибану. К этой толпе поедателей шляп следует, конечно, добавить все американское разведсообщество и администрацию Байдена в целом. Кто-то ведь направлял в Белый дом доклады, основываясь на которых президент США всего месяц назад заверял американцев и весь мир: хорошо подготовленная, насчитывающая сотни тысяч военнослужащих афганская армия способна контролировать ситуацию в стране. Сегодня мировому сообществу остается лишь гадать, чем обернется второе правление талибов. То ли они несколько модернизировались, и, как обещают их представители, теперь женщины будут иметь «право на образование и работу» и даже получат посты в администрации, а сотрудничавшие с США афганцы смогут избежать смерти. То ли правдивы сообщения о том, что они снова ввергают страну в средневековье, что возрожденный «Эмират Афганистан» станет реинкарнацией террористического Исламского государства, разгромленного совместными усилиями США и России на территории Сирии и Ирака. Так или иначе, сейчас мы наблюдаем очевидное поражение цивилизованного мира в еще одной из череды «войн за просвещение», над которыми издевался еще Салтыков-Щедрин.

Больше сорока лет назад Советский Союз вторгся в Афганистан, желая двинуть эту страну «по пути социализма». Двадцать лет назад США вторглись в Афганистан, столкнувшись с отказом талибов выдать организаторов террористических атак на Нью-Йорк и Вашингтон. Администрация Буша объявляла своей целью модернизацию афганского общества. Сегодня очевидно, что этими шагами Москва и Вашингтон открыли ящик Пандоры, обеспечив перманентные войны и конфликты на гигантской территории «Большого Ближнего Востока». Попытка силовой модернизации (что советского, что американского образца) усилила радикализацию ислама, превратила Центральную Азию и Ближний Восток в главный источник террористической угрозы на долгие годы. И сегодня самое важное – ответить на вопрос: как защититься от этого наползающего кошмара?

Мне кажется, что довольно скоро компанию потенциальных поедателей шляп пополнят те, кто уверяет: талибы заточены исключительно на обустройство Афганистана в соответствии со своими догмами и вовсе не помышляют о расширении «эмирата» за счет бывших советских республик: Узбекистана, Таджикистана, Туркмении, Киргизии и Казахстана. Судя по всему, отечественный МИД предпочитает, по крайней мере, на официальном уровне, верить заверениям талибов, что они не собираются угрожать соседним государствам. Так ведь и в первый период своего правления, в 1996–2001, талибы не нападали на другие страны. Атаки на нью-йоркские «башни-близнецы» были организованы «Аль-Каидой», террористической организацией, которой талибы «всего лишь» предоставили возможность развернуть штаб-квартиру и тренировочные лагеря на афганской территории. Сегодня фактом является, что в Афганистане вновь концентрируются боевики «Аль-Каиды» и террористического «Исламского государства», амбиции которых распространяются дальше этой страны. Мало этого, бок о бок с талибами воевали отряды боевиков, которые когда-то бежали из среднеазиатских республик. И сегодня они рассчитывают получить свою долю. И получают. Так, по данным СМИ, после захвата приграничных с Таджикистаном районов талибы передали контроль над ними отрядам Махди Арсалона, состоящими из таджикских боевиков. Все они являются членами «Джамаат Ансаруллах» — запрещенной в Таджикистане террористической группировки, ставящей своей конечной целью свержение правительства в Душанбе. Было бы, мягко говоря, наивным рассчитывать, что, поставив под свой контроль приграничные районы и превратив их в плацдарм, боевики будут воздерживаться от проникновения в Таджикистан.

Российское военное ведомство весьма рационально смотрит на происходящее. Как только американский президент объявил о выводе войск из Афганистана, там начали планировать совместные маневры с армиями Таджикистана и Узбекистана, целью которых является отработка отражения вторжения из Афганистана. Только что эти учения прошли, и в них были задействованы несколько тысяч военнослужащих, большое количество бронетехники и авиация. Показательно, что из России были переброшены несколько боевых самолетов. С приблизительно таким же сценарием прошли и китайско-российские учения. Насколько можно понять, именно сейчас может найти себе применение стратегия, отработанная в Сирии. Когда роль российской армии сводится к массированным ударам с воздуха. При этом нужны силы, которые воспользуются этими ударами, чтобы отвоевать у террористов тот или иной район. В Сирии эту роль выполняет не столько армия Асада, сколько формирования, подконтрольные Ирану. Вопрос, кто будет воевать с террористами «на земле» в центральноазиатских республиках, остается открытым. Казалось бы, ясно: армии этих стран, которые неплохо показали себя в ходе учений. Однако, как не вспомнить, что и афганские войска, которые сдались практически без боя, демонстрировали неплохую выучку, взаимодействуя с американцами…

Источник

 

««Талибан» — это не только люди с автоматами»

Эксперт по исламскому праву Леонид Сюкияйнен — о том, чего ждать от талибов в Афганистане

 

После захвата власти в Афганистане террористическим движением «Талибан» (запрещено в РФ) возникло много вопросов. Что ждет Афганистан? Возврат к средневековью, как это было во время первого правления талибов в 1990-е годы, или же новая власть готова к переменам? Можно ли верить обещаниям талибов на переговорах, пытаться повлиять на них и в перспективе вычеркнуть «Талибан» из санкционного списка ООН? На эти и другие вопросы ответил профессор Высшей школы экономики, эксперт по исламскому праву Леонид СЮКИЯЙНЕН.

 

— Существует мнение, что исламское законодательство, законы шариата, на применении которых настаивают талибы, могут стать благом, а не злом для Афганистана по сравнению с традициями, распространенными в некоторых районах этой страны, в том числе и в отношении того, что касается прав женщин. Так ли это?

— Комментировать подобного рода позицию можно по-разному. Если говорить теоретически, то в целом история показывает, что местные обычаи и традиции, которые касаются образа жизни женщин и их правового или социально-нормативного статуса, по сравнению с шариатом действительно более консервативные и архаичные. То есть в целом там, где шариат, положение женщин лучше. Наши этнографы в свое время показали это на примере Кавказа. В те исторические периоды и в тех регионах, где утверждался шариат за счет местных традиций, положение женщины улучшалось. Это общий вывод, но это не значит, что в каждом конкретном случае все происходит именно так. Бывает и наоборот. Когда я работал на юге Йемена десятки лет назад, то видел ситуации, когда местные традиции и обычаи оказывались более лояльными к женщинам, предоставляли им больше свободы.

Другой важный момент. Все будет зависеть от того, как те или иные силы толкуют шариат и его реально применяют. Шариат ведь неоднозначен и не везде толкуется одинаково. Поэтому многое будет зависеть от того, какой вариант будут предлагать власти, которые утвердятся в Афганистане. Так что путей развития событий очень много.

— Если говорить конкретно о талибах, что собой представляет «шариат по-талибски»?

— Я не знаю, может ли кто-нибудь дать однозначный ответ на этот вопрос. Потому что та практика, которая была в конце 1990-х годов, когда «Талибан» господствовал в Афганистане, это была одна практика. Сейчас она может быть другой. Талибы говорят о своем настрое позволить женщинам учиться, работать, выходить из дома при соблюдении некоторых правил, касающихся внешнего вида. Это звучит хорошо, но трудно сказать, как будет на самом деле.

Надо также учитывать, что за 20 лет нахождения в Афганистане коалиции выросло новое поколение молодых людей. Девушки, женщины в больших городах привыкли к другому образу жизни, и вернуть все назад очень сложно.

Талибы не дураки и не такие абсолютные дикари, как некоторые представляют, они помнят свой исторический опыт, что было, чем закончилось, какое это вызывало чувство отторжения не только во всем мире в целом, но и в мусульманском окружении. Ведь государство талибов было признано всего тремя странами — Саудовской Аравией, Пакистаном и ОАЭ.

Поэтому я бы пока окончательных суждений о будущем развитии событий не выносил. Нужно посмотреть, что будет. Но в любом случае с талибами надо контактировать. И в этой связи, как мне кажется, наше российское посольство, наши дипломаты ведут себя очень взвешенно и осторожно. Надо все же понимать, что талибы — реальная власть и надо с ними иметь дело. Что дальше будет, посмотрим.

— Вопросы, которые волнуют многих: должны ли будут женщины закрывать лицо и смогут ли они самостоятельно передвигаться, будут ли отрубать руки тем, кто совершил преступление, будет ли запрещена западная музыка? Вы говорите — судить пока нельзя, но все-таки, может быть, есть хоть какое-то понимание, что ожидать?

— Что и в каких пределах будет допустимо, говорить пока очень сложно. Понятно, что будут вводиться какие-то стандарты поведения, в том числе и во внешнем облике. Как вы помните, когда в Иране произошла исламская революция, жизнь в стране изменилась.

— Вот этого и опасаются.

— Есть те, кто опасается. А есть определенные круги, которые не опасаются. «Талибан» же — это не только люди с автоматами. За ними стоят социальные силы, которые разделяют их взгляды. Я сейчас бы не решился выстраивать какие-то прогнозы. Что-то определенно будет меняться, но не так, как при прошлом правлении талибов, когда взрывали буддистские статуи.

— Будет очень жаль, если вновь пострадают культурные памятники…

— Конечно. И это, кстати, совершенно неприемлемо с точки зрения ислама и шариата. В прошлый раз талибов пытались отговорить. Приезжала в Афганистан и делегация Организации Исламской конференции (старое название Организации исламского сотрудничества.— “Ъ”), но, увы, опоздала.

И Россия в этом отношении сейчас находится в очень неплохом положении.

— А с точки зрения шариата обмануть неверного — нормально? Вот они пообещают что-то на переговорах, а затем откажутся от своих слов.

— Нет, ну что вы. Это расхожее представление, что обмануть на рынке своего нельзя, а неверного можно обмерить и обвесить. Даже если некоторые мусульмане так считают и так ведут себя, это не значит, что ислам этому учит. Нельзя судить о религии по поведению отдельных людей.

— Вы сказали о необходимости контактов с «Талибаном». Почему с этим запрещенным в России движением можно и даже нужно контактировать, а с «Исламским государством» (ИГ), «Хайат Тахрир аш-Шам» (ХТШ), которые также запрещены в нашей стране за террористическую деятельность,— нет. С точки зрения среднестатистического россиянина, это абсолютно одинаковые структуры в том, что касается их действий и религиозных ценностей. Почему одни табу, а другие нет?

— Разница есть, и серьезная. ИГ и ХТШ — террористические группировки, которые угрожали и продолжают угрожать России, в том числе российским интересам в Сирии. Мы находимся с ними в состоянии войны. Талибы на нашей территории и в современных условиях на протяжении последних лет никакой угрозы для России не несли. Они не угрожали России.

— А признание Ичкерии и открытие в Афганистане посольства Ичкерии?

— Это было очень давно и при других политических обстоятельствах.

Помните, когда в Россию приезжал президент Египта Мохаммед Мурси и встречался с Владимиром Путиным в Сочи? Тогда многие спрашивали — как же так, он же представитель «Братьев-мусульман», запрещенного в России движения? Но мы его принимали не как представителя «Братьев-мусульман», а как законно избранного президента Египта. Вот и весь разговор.

— Но талибы приезжали в Москву как представители талибов. И дальше могут возникнуть другие вопросы. Например, торговля с будущим Афганистаном — это поддержка террористов или нет?

— Все зависит от того, с какой властью мы будем торговать, с какими целями и на основе каких договоренностей это будет происходить. Кроме того, чтобы поддерживать терроризм, он должен быть. Если их дальнейшие действия будут квалифицированы как терроризм, тогда и поговорим. Зачем нам сейчас фантазировать на эту тему?

— Возвращаясь к вопросу об ИГ. Талибы воевали с этой группировкой. Какая разница между «Талибаном» и «Исламским государством», в том числе с точки зрения идеологии и религии?

— Прежде всего их противостояние — политическое. Это две конкурирующие силы, которые борются за власть. При этом талибы опираются на ханафитский мазхаб (одна из богословских-правовых школ.— “Ъ”), ИГ какой-либо один мазхаб не выделяет. «Исламское государство» — кочующая структура. Были в Ираке, пришли в Сирию, пошли дальше. Эта группировка как ртуть — перетекают из одного места в другое.

— Вы упомянули ханафитский мазхаб. Не могли бы подробнее рассказать его отличие от других школ ислама?

— Это один из толков фикха. Под фикхом надо понимать как исламскую науку о правилах внешнего поведения людей, их взаимоотношений, так и сами эти правила. Разные школы фикха утвердились в разных регионах мусульманского мира. Есть более гибкие, которые более приспособлены к тому, чтобы вбирать в себя местные традиции и обычаи, есть более жесткие. Ханафитский мазхаб как раз всегда отличался большей гибкостью к местным традициям. Поэтому он утвердился в очень разных регионах — и в Центральной Азии, и в Индии, и в Афганистане, например. Суть этого мазхаба — максимально широко использовать рациональные способы формулирования правил поведения с учетом местных условий. Но не во всех вопросах, конечно.

— Возвращаясь к началу нашей беседы, когда мы говорили, что приход талибов к власти создаст проблемы для тех, кто следует адатам — традициям. Как же тогда гибкость, присущая ханафитскому мазхабу?

— Мы же не знаем, как они будут сейчас себя вести в итоге. Все зависит от трактовок шариата каждым конкретным человеком. Среди ханафитов можно найти и пожестче, и помягче. В России, если мы исключим некоторые кавказские регионы, как раз преобладают последователи ханафитского мазхаба. Это и татары, и башкиры. И Духовное управление мусульман (ДУМ) России в основном представлено силами, ориентированными на них. К разговору о гибкости — вспомните прошлогоднее решение ДУМ о запрете для мусульман межконфессиональных браков. Толерантное ли это решение для современной России? По-моему, нет. Поэтому пока трудно сказать, какую модель выберут талибы.

— Один из важных вопросов о взаимодействии с талибами связан с попыткой понять — завязана ли их идеология на национализме пуштунов или же они, как ИГ, будут стремиться к установлению глобального халифата?

— Вопрос хороший, правильный, а ответов у меня нет сейчас. То, что талибы делали в 1990-х годах, не позволяет ответить на этот вопрос. Тогда у них таких претензий не было, возникнут ли они сейчас, сказать трудно. На данный момент нет свидетельств того, что они хотят выйти за пределы Афганистана.

— Пока они, наоборот, обещают, что будут уважать границы всех стран.

— Кстати, это еще один важный момент, который разделяет их позиции с позицией ИГ, которая не признает государственных границ, прежде всего арабских стран, и призывает всех граждан арабских стран принести клятву верности своему руководителю, отказаться от собственного гражданства и так далее.

— Хорошо, речь о физическом захвате чужих территорий пока не идет. Но возможна ли идеологическая экспансия? Не стоит ли нам бояться, что опыт талибов будет воспринят определенными силами как удачный и его захотят повторить в Центральной Азии, российских городах?

— Идейная экспансия — не новое явление. Только за последние годы была «Аль-Каида», «Хизб ут-Тахрир», «Имарат Кавказ» (запрещенные в РФ организации) и так далее. Это в основном ведь идейные явления. И конечно, успехи «Талибана» могут оказать серьезное влияние на этом направлении. Так что все может быть. Поэтому давным-давно надо было с этим работать, с 1990-х годов создавать эффективную систему противодействия экстремистским идеологиям. Но это уже другой сюжет для разговора, насколько российские и центральноазиатские структуры готовы к этому.

— А если так получится, что ради пополнения казны будет логичным продолжать продавать героин. Это будет оправданием, с их точки зрения, или нет? Насколько можно верить их обещаниям не распространять наркотики, на которые приходится около 40% ВВП Афганистана? То есть лишить этого невозможно ни крестьян, ни государство.

— Даже не знаю, как ответить вам полностью на этот вопрос, но я бы сказал так. А что если не изолировать Афганистан, новый режим полностью, а наоборот, разумно, не любой ценой, но разумно устанавливать с ними политические и экономические контакты, помогать решать внутренние проблемы, что способствовало бы отказу от наркотиков, и одновременно настойчиво призывать талибов к совместным усилиям по противодействию этой торговле? Если по некоторым направлениям, скажем, еще трудно находить общий язык, то в этой сфере вполне возможно предлагать сотрудничество. И тогда появляется шанс, что Афганистан сможет отказаться от продажи наркотиков. А если страну запереть со всех сторон, то тогда нечего удивляться, что они наркотиками приторговывают. Важно, чтобы у страны появилась возможность развития, чтобы создавалась инфраструктура, рабочие места. Тогда и менталитет будет меняться. Но повторю еще раз — с талибами надо работать, почаще привозить в цивильные места вот этих бородатых ребят.

— Они так мило катались на детских каруселях в городах, которые отвоевывали…

— Вы знаете, есть лидеры мусульман из наших некоторых кавказских регионов, которые в течение многих лет были практически в изоляции. И когда у меня спросили, как с ними дело-то иметь, я предложил: сначала привезите их в Москву и в Петербург, покатайте на метро, покажите центр города, покажите немножко другой мир. А если их отталкивать от себя, то они так неграмотными и останутся. При этом нужно демонстрировать личным поведением, что мы уважаем и знаем ислам.

— То, что вы говорите, это, по сути, означает привлечение их к мирскому. Фактически предлагается: будете вести себя цивилизованно, то сможете путешествовать по миру и у вас будет дом, например, в Дубае?

— Ой нет, что это за постановка вопроса? Еще и сначала условие — если вы будете себя вести… Они скажут — а если вот вы будете себя вести… пока что мы в Афганистане сами решаем. Что это вообще за разговор — «если вы будете себя вести»? Показывать, что ты выше, а кто-то ниже,— самый тупиковый путь для налаживания диалога, как и начало разговора с выдвижения условий. Это они сейчас могут выдвигать условия, а не мы им.

— Но то, что сейчас происходит… Например, диалог о снятии с «Талибана» санкций ООН, об исключении движения из списка запрещенных... Разве это не такое предложение альтернативы — ведите себя хорошо, и вам откроют возможность путешествовать по миру, вести переговоры, проводить финансовые операции.

— Если будут контакты, если стороны поймут, что можно разговаривать, есть понимание, то этот процесс, конечно, потихонечку будет налажен. Но это длинный путь. Невозможно изменить в одночасье то, что складывалось на протяжении поколений.

— Просто некоторые говорят, что талибам вообще мирская жизнь неинтересна, поэтому им трудно что-то предлагать, какие-то альтернативы…

— Женская одежда, женское образование — мирская жизнь. Торговля и экономика — самая настоящая мирская жизнь. Как же не интересна мирская жизнь? А власть, между прочим, тоже мирской институт. У шиитов власть — религиозный институт, а у суннитов, тем более у ханафитов, власть — мирской институт. Но они, правда, его называют «гражданский», потому что слово «мирской» несет почти что атеистический смысл.

Беседовали Марианна Беленькая, Кирилл Кривошеев

Источник

 

 

Александр ХРОЛЕНКО

Талибы гарантируют Афганистану годы репрессий и мракобесия: чего ждать Центральной Азии

Созданный моджахедами под руководством пакистанских спецслужб и вооруженный за деньги неких арабских фондов "Талибан"* был и остается идеологическим, военным, концептуальным противником России и ее региональных союзников

 

При этом "чужеродные" талибы не выражают взгляды, интересы и волю большинства 40-миллионного населения и просто обречены на войну и насилие по отношению к 80 народам и народностям Афганистана.

Талибы в августе военным путем захватили власть почти на всей территории Афганистана, "политический офис" движения перебрался из Дохи в Кандагар, и уже сделаны программные заявления о светлом будущем афганского народа – без наркотиков и военной интервенции США.

Все это не меняет сути террористической организации – для ООН, государств мира и большинства афганских граждан. "Новый порядок" талибов гарантирует годы жестоких репрессий населению Афганистана, а также длительную военно-политическую турбулентность – странам Центральной Азии.

"Хороших талибов" не существует, и боевики ежедневно доказывают это своими делами – сжигают детские аттракционы, расстреливают митинги в честь национального флага Афганистана в провинциях Нангархар и Кунар, убивают женщин за нарушение "правил поведения", избивают журналистов в Герате, Джелалабаде и Кабуле, разыскивают со сканерами и задерживают (уничтожают) политических оппонентов – чиновников, военнослужащих, а также берут в заложники и убивают родственников людей из "списка врагов".

При этом талибы пытаются выглядеть политкорректными для внешнего мира и просят международное сообщество помочь в восстановлении Афганистана.

Пока просят, а могут потребовать или обменять на несколько тысяч заложников (де-факто) в аэропорту Кабул. Американцам удалось за несколько дней вывезти самолетами 18 тысяч афганских беженцев, и это капля в море желающих улететь из "эмирата".

Пентагон способен организовать "пассажиропоток" из Кабула с периодичностью до одного самолетовылета в час или до 9000 человек в сутки.

Военно-транспортный Boeing C-17 Globemaster рассчитан на 300 человек, но может взять на борт более шестисот. Однако не все беженцы могут доехать до кабульского аэропорта – на блокпостах талибы задерживают (избивают) "непатриотичных" сограждан.

Несколько американских истребителей Super Hornet с борта авианосца Ronald Reagan (в Аравийском море) подстраховывают транспортные потоки над афганской столицей, и все же на земле ВВС США погоды не делают. В перспективе вполне вероятны воздушные бои над Кабулом американской и талибанской авиации.

  • Потенциал сопротивления

Бегут не все. Провинция Панджшер в очередной раз стала афганской Вандеей. Народное сопротивление возглавили очень авторитетные на севере страны лидеры – Ахмад Масуд-младший, маршал Абдул Рашид Дустум, вице-президент Амрулла Салех (таджик-панджшерец, воевал под командованием Ахмада Шаха Масуда) и экс-губернатор Балха Атто Мухаммади Нур. Люди весьма подготовленные и состоятельные, что немаловажно для боевых действий.

Панджшерские россыпи алмазов и самоцветов много лет позволяли вооружать и снабжать всем необходимым отряды Масуда-старшего, помогут и Масуду-младшему.

Каждый день войны требует огромных средств, и все же недавнее обращение Ахмада Масуда к странам Запада – не столько о помощи, сколько сигнал: "Не спешите признавать эмират, победа талибов неочевидна". Вот, и беглый президент Ашраф Гани намерен вернуться, чтобы "совместно бороться".

Панджшер – единственная провинция, которую не удалось захватить талибам ни в 1996 – 2001 годах, ни в 2021-м. Напомню, и ранее в 1979 – 1989 годах правительственные силы Демократической Республики Афганистан не смогли установить контроль над Панджшерским ущельем, даже при серьезной поддержке советских войск (включая стратегическую авиацию).

Проблема "Талибана"* даже не в том, что народное сопротивление располагает неприступным ущельем, опытными солдатами, оружием и средствами для длительного ведения боевых действий.

Талибы начинают издеваться над мирными людьми, раскручивают маховик репрессий против очень гордого афганского народа – то есть сами ежедневно формируют и ожесточают все новые отряды противников.

С другой стороны, неумение "революционеров" организовать в стране нормальную экономику (последние 20 лет талибы стреляли, а не учили таблицу умножения) становится еще одним камнем преткновения. Движение не имеет доступа к ресурсам МВФ. США заморозили резервы афганского Центробанка, а это более 9 млрд долларов.

Ранее упомянутые арабские фонды могли поддерживать, гипотетически, 100-тысячную группировку талибов, но содержать весь 40-миллионный Афганистан не по карману даже самым богатым шейхам. Грядущая гуманитарная катастрофа неизбежно приведет к массовым акциям протеста и новому витку гражданской войны.

Бедствия на территории Афганистана могут отозваться в сопредельных странах Центральной Азии потоками беженцев и вооруженными инцидентами на границе.

  • На правом берегу

Из двухсот боевых самолетов и вертолетов афганских ВВС за неделю 25% улетели за пределы Исламской республики, преимущественно на правый берег реки Амударьи. Официальный представитель правительства Узбекистана подтвердил журналу Air Force Magazine, что 22 самолета, 24 вертолета и 585 афганских военнослужащих бежали по воздуху в Узбекистан.

Подобным образом могут действовать боевики любой из двадцати террористических организаций на территории Афганистана. Где и в каких руках находятся остальные (фактически брошенные на аэродромах) летательные аппараты, неизвестно. И в целом США не могут подсчитать, сколько американского оружия досталось террористам, об этом заявил вчера помощник президента США по национальной безопасности Джейк Салливан.

Проблема стратегической дестабилизации Афганистана серьезна, и неслучайно в последние сутки российский президент Владимир Путин интенсивно обсуждает ее с французским президентом Эммануэлем Макроном и с немецким канцлером Ангелой Меркель.

Не говоря уже о постоянных контактах Москвы с Ташкентом, Душанбе, Бишкеком, Нур-Султаном и продолжающейся серии совместных военных учений у границ Афганистана.

В России приняты на вооружение и запущены в серийное производство комплексы реактивных систем залпового огня (РСЗО) "Торнадо-Г", "Ураган-1М" и "Торнадо-С", способные точно поражать цели на удалении 90 км.

Между тем "Талибан"* по случаю Дня независимости Афганистана официально декларировал сопричастность к краху трех империй – британской, советской, американской. Да, талибы приписали себе и победу над Советским Союзом, который они якобы "стерли" с карты мира.

Известно, что военно-религиозное движение основано в 1994-м – через три года после распада СССР и талибы воевали с "антисоветскими" моджахедами, но в данном случае важнее геополитический размах и некая тенденция продолжения "освободительной миссии" на благо "многих других обреченных наций мира".

Государственное устройство в Афганистане "Талибан"* видит таким: "Демократической системы не будет вообще, потому что для нее нет никаких оснований в нашей стране. Мы не будем обсуждать, какой тип политической системы мы должны применять в Афганистане, потому что она ясна. Это законы шариата".

И почему бы не распространить в отдельных странах Центральной и Южной Азии такое "ясное" государственное устройство?

В столице Узбекистана 18 августа задержаны 94 человека, причастных к деятельности международных террористических организаций. Возможно, это начало нового освободительного похода в Центральную Азию – против угнетателей "чистого ислама".

В Бишкеке не очень верят заявлениям талибов о невмешательстве в дела региона. Погранслужба Кыргызстана усиливает границу с Таджикистаном исключительно в связи с событиями в Афганистане.

Президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев выразил общую обеспокоенность в связи с угрозами, вызванными изменением военно-политической обстановки в Афганистане, когда заявил: "Основную тяжесть возникающих рисков сегодня несут государства Центральной Азии, находящиеся в непосредственной близости от очагов напряженности".

* – террористическая группировка, запрещенная в РФ.

Источник

 

Илл: Талибы в президентском дворце в Кабуле. Фото - скриншот трансляции Al Jazeera 

 

 

Ресурсный правозащитный центр РАСПП

Портал Credo. Непредвзято о религии  Civitas - ресурс гражданского общества

baznica.info  РЕЛИГИЯ И ПРАВО - журнал о свободе совести и убеждений в России и за рубежом

адвокатское бюро «СЛАВЯНСКИЙ ПРАВОВОЙ ЦЕНТР»  

Религиоведение  Социальный офис
СОВА Информационно-аналитический центр  Религия и Право Информационно-аналитический портал