Регистрация / Вход



ВОСПОМИНАНИЕ О БУДУЩЕМ

Печать

 

 

Алиса ГАНИЕВА

 

de la BarreВырвали язык, обезглавили и сожгли

Борьба реакции и свободы продолжается не первый век

 

Недалеко от базилики Святого Сердца Иисуса на парижском холме Монмартр стоит статуя молодого 20-летнего французского дворянина, погибшего ровно 255 лет назад. 1 июля 1766 года Жан-Франсуа Лефевр де Ла Барр был казнен то ли за то, что не отдал честь католической религиозной процессии, то ли еще за что-то в этом роде. Одним словом, за атеизм. Впрочем, судебный процесс над несчастным был абсолютно светским и основывался на законах, в которых католицизм прописывался в качестве государственной религии, а святотатство и богохульство строго карались. Нам, современным россиянам, живущим в эпоху госпреследований за похожие «преступления» вроде кощунства, неуважения и оскорбления святынь, чувств и вер, эта история покажется до боли знакомой. Не обошлось в ней и без книг. Перед смертью беднягу де Ла Барра адски пытали, потом обезглавили и сожгли на костре, прибив к его туловищу «Философский словарь» Вольтера. Вольтер пытался вступиться за юношу, практически писал петиции и стоял в пикетах, но безуспешно.

Все началось с осквернения деревянного распятия на мосту в Аббевиле. Публика, естественно, взъярилась, епископ Амьена призвал горожан под страхом отлучения от церкви бежать с любой информацией о случившемся к гражданским судьям. В это же время разгорелась ссора местного судьи де Бельваля с де Ла Барром, и очень скоро набралось достаточно сведений о том, что последний с компанией молодых людей всячески измывался над «святынями» – и шляп-то они перед религиозной процессией не сняли, и на распятие испражнились, и скабрезные песенки пели, и на картинки религиозные плевали. Правда, вышла небольшая загвоздка. В этой молодой компании оказались и сын бывшего мэра города, и собственный сын судьи Бельваля – но им удалось бежать. Еще один был обвинен заочно, а под стражей оказались двое – де Ла Барр и Мойнель. В дом к де Ла Барру нагрянули с обыском и нашли там ряд запрещенных книг, в том числе «Философский словарь» Вольтера. Это вызвало дикий гвалт, гнев и ярость, судьям окончательно сорвало крышу, и они вынесли неосмотрительному чтецу обвинительный приговор. Дескать, пел песенки против бога, матерился, совершая крестное знамение, не почитал святые таинства, а главное, «выказывал признаки обожания грязным и мерзким книгам, которые были у него в комнате». Для компенсации верующим всех нанесенных таким образом обид юношу постановили поместить в барабан, прилепить к нему табличку «нечестивый», заставить покаяться на коленях. Потом сказано было вырезать ему язык и доставить в барабане на городской рынок, где ему отрубят голову на эшафоте, а затем тело и голову сбросят в костер вместе со словарем. Приговор прошел апелляцию в Париже и остался в силе. Рано утром 1 июля несчастного подвергли пыткам, надеясь выбить из него еще какие-то имена, но он мужественно никого не сдал. После пыток проделали все положенное, а пепел казненного, смешавшийся с пеплом сожженного вольтеровского словаря, бросили в реку Сомму.

Вольтер, хоть и страшно напуганный, все же сделал все, чтобы посмертно защитить Ла Барра, павшего жертвой религиозного фанатизма, и спасти остальных фигурантов, прячущихся от правосудия. Примечательно, что даже адвокат Ла Барра нападал на Вольтера за то, что тот клеймил эту казнь как акт религиозного насилия, дескать, дело было вовсе не в увечьях Христу, а в ссоре между двумя группами судей. Мол, юноша-то не был полностью невиновен, и философское безумие вскружило ему голову, породив страсть к безбожию. В общем, обвинил во всем философов и ученых. Ну, и время, конечно. Мол, судьи не могут опередить свое время и действуют так, как того хочет общественное мнение. «Зачем осуждать судей, большинство из которых были добросовестными и ежедневно разбирали дела в соответствии с уставом?» Чарльз Диккенс, впечатленный этой драмой, даже упомянул ее в своей «Повести о двух городах», сетуя, что Франция развлекала себя такими гуманными достижениями, как «приговор юноше к отрубанию рук, вырыванию языка клешнями и сожжению тела заживо, потому что он не преклонил колени к земле, чтобы воздать должное грязной процессии монахов, которая прошла в пределах его поля зрения на расстоянии примерно 50 или 60 ярдов».

Потом, конечно, общество дозрело и покаялось. К закату XIX века у архиепископии отобрали землю в Париже, и на этой территории решено было поставить статую Ла Барра. Автором макета, чья презентация состоялась на Конгрессе вольнодумцев в 1905 году, стал прогрессивно мыслящий скульптор Арман Блох. Через год статую отлили в бронзе и поставили у ворот базилики на глазах у 25 тысяч зрителей. Спустя 20 лет статуя была перенесена на площадь Надар, тоже неподалеку, а 80 лет назад при вишистах статую сняли и переплавили. И только 20 лет назад, в 2001-м она была возрождена. Бронзовую доску с изображением пыток шевалье де Ла Барра тоже пришлось прятать от вишистов, да и сейчас, несмотря на появление множества улиц в честь светского мученика, память о нем иногда пытаются раздавить. В 2013-м памятник юноше в родном Абвиле осквернили адепты движения Civitas.

У нас же хоть и не казнят, но к ответу могут призвать не только за крест. Так что ходить приходится на цыпочках...

Впрочем, сегодня юбилей не только печальный. 270 лет назад произошла и маленькая победа просвещения над мраком. В той же Франции был издан первый из 35 томов знаменитой «Энциклопедии, или Толкового словаря наук, искусств и ремесел», подготовившей почву для Великой французской революции. Целью энциклопедии было объединение всех известных на тот момент научных и технологических знаний, а организатором, ответственным редактором и автором большинства статей по точным наукам стал писатель и драматург Дени Дидро. Другими авторами стали Вольтер, Руссо, Монтескье и иныке светила Просвещения.

Дидро в процессе рождения энциклопедии пришлось много бороться с янсенистами, иезуитами и прочими богословами. Сильно пострадали священнослужители, писавшие в энциклопедию статьи по теологии, – одного лишили ученой степени, другого бросили в Бастилию, третий бежал из страны. Даже генпрокурор распинался перед парламентом, что тома энциклопедии ниспровергают основы общества, а владельцев книги заставляли представлять ее в полицию, где оттуда вырезались значительные куски.

Тем не менее детище Дидро пользовалось бешеной популярностью, выходило беспрецедентными по тем временам тиражами, переводилось направо и налево. Знания распространялись, волновали, будоражили, трансформировали. Энциклопедия перевернула существовавшие ценности, утвердив силу разума и подготовив почву для социальных протестов.

То есть страдали не зря. Хочется верить, что и теперь все те, кто выходит с копьем логики против дракона предрассудков, мракобесия, авторитаризма и прочих гадостей, чего-нибудь хорошего дождутся. Желательно сохранив свободу, жизнь, голову и язык.

 

Источник

 

 

Ресурсный правозащитный центр РАСПП

Портал Credo. Непредвзято о религии  Civitas - ресурс гражданского общества

baznica.info  РЕЛИГИЯ И ПРАВО - журнал о свободе совести и убеждений в России и за рубежом

адвокатское бюро «СЛАВЯНСКИЙ ПРАВОВОЙ ЦЕНТР»  

Религиоведение  Социальный офис
СОВА Информационно-аналитический центр  Религия и Право Информационно-аналитический портал