Проблема "антиэкстремистского законодательства", практически с самого начала внесения соответствующих изменений в закон и внедрения их в правовое поле Российской Федерации стоит гораздо более остро, чем сама проблема экстремизма. На такое обстоятельство указывает опыт использования законодательства в спекулятивных целях, имеющих политический и идеологический оттенок. Именно этот острый вопрос был рассмотрен в докладе доктора философских наук, профессора МГУ им. М.В.Ломоносова Игоря КАНТЕРОВА, прочитанном на Международной научно-практической конференции "Религия как социальный институт" в ГК Узкое в Москве 5 сентября 2011 года.

В предложенном тексте доклада "Антиэкстремистское законодательство: замыслы и результаты", профессор Кантеров детально анализирует данный норматив со ссылкой на другие Федеральные законы и законодательные акты, Постановления пленума Верховного суда Российской Федерации, пресловутый список экстремисткой литературы, публикуемый Министерством юстиции РФ и другие источники.

Рассматривая неоднозначность критериев отнесения тех или иных произведений к упомянутому списку и исследуя проблемы комплексной, в том числе религиоведческой экспертизы с ее ключевыми принципами, автор указывает на явные и скрытые недостатки  и недоработки "антиэкстремистского" закона, приводит примеры предоставления им широких возможностей для разночтений и административных злоупотреблений.

В докладе отмечаются и те меры, которые вынуждены принимать государственные структуры, чтобы хоть как-то корректировать несовершенный закон. "Постановление Пленума Верховного суда № 11 от 28июня 2011г., - указывает Игорь Кантеров, -  очень четко защитило свободу слова и указало на правовую несостоятельность расширительного толкования понятий «вражда и ненависть»: «Критика политических организаций, идеологических и религиозных объединений, политических, идеологических или религиозных убеждений, национальных или религиозных обычаев сама по себе не должна рассматриваться как действие, направленное на возбуждение ненависти или вражды». Если рассматривать этот фрагмент «Постановления» в русле теоретического и практического религиоведения, то на протяжении всего существования развитых религиозных систем между ними возникали и сохраняются в наши дни вероучительные и обрядовые разногласия, продолжатся споры и дискуссии. Идет взаимная критика, в ходе которой обосновывается истинность вероучительного комплекса и обрядовой практики «своей веры» и показываются недостатки других вероучений".

Профессор не оставляет за гранью внимания и злоупотребления толкованиями этого законодательства, принимающие систематический характер. "Избрание в качестве критерия причисления к экстремистским материалам отрицательное отношение самой многочисленной конфессии к вероучениям других религий, противоречит действующему законодательству, - замечает профессор. - В главе I ст. 4 Федерального закона «О свободе совести и о религиозных объединениях» говорится о невмешательстве государства в определение гражданином своего отношения к религии и религиозной принадлежности. И религиозные объединения имеют право без предписаний чиновников и оглядки на другие религиозные объединения самостоятельно формулировать основы вероучения и обрядовые практики".

Вполне однозначно указывается в докладе профессора Кантерова и на манипулирование имиджем экспертов в судебной практике: "Верховный Суд четко очерчивает пределы компетенции экспертизы по делам об экстремизме. В Постановлении пленума высшей судебной инстанции подчеркивается, что «не допускается постановка перед экспертом не входящих в его компетенцию правовых вопросов, связанных с оценкой деяния, разрешение которых относится к исключительной компетенции суда. В частности, перед экспертами не могут быть поставлены вопросы о том, содержатся ли в тексте призывы к экстремистской деятельности, направлены ли информационные материалы на возбуждение ненависти или вражды»". 

Таким образом, можно допустить, что появившиеся еще в процессе обсуждения проекта "антиэкстремистского законодательства" ожидания, что его придется пересматривать или отменять, становятся все более актуальны.

ReligioPolis