Павел ВИНОГРАДОВ

Усиление антиклерикальных настроений прослеживается хотя бы исходя из анализа приходящей в нашу редакцию почты. На ту же тему – и вызвавшая бурную полемику статья известного публициста Дмитрия Соколова-Митрича «Очень маленькая вера», опубликованная в журнале «Русский репортер». В этой статье, как и в письме нашего читателя, которое мы сегодня публикуем, изложено множество весьма сомнительных положений, однако сам факт усиливающегося отторжения Церкви частью общества не вызывает сомнения у многих непредвзятых наблюдателей. То есть тема злободневная, или, как сейчас говорят – налицо тренд.

Ожидать иного было бы наивно. Реформы патриарха Кирилла помимо прочего заставляют Церковь все время быть на виду. А кто на виду, в того и летят камни. Более того, усиливающаяся критика со стороны секулярных кругов как раз свидетельствует об успехах этих реформ – иначе бы убежденные противники клерикализма не реагировали бы с такой яростью. Но углубление реформ парадоксальным образом приводит и к усилению внутрицерковной оппозиции Кириллу и его сторонникам, о чем свидетельствует в том числе и та же статья Соколова-Митрича, журналиста, декларирующего свою православность.

На самом деле сегодня еще мало кто представляет всю грандиозность церковного обновления, задуманного Святейшим. Его реформы призваны не только преодолеть негатив, который скопился в Церкви как социальном институте за годы хаоса и смуты. И даже не просто ликвидировать последствия советского периода, когда РПЦ загнали в маргинальный угол, где она стала почти незаметна. Необходимо перестроить церковные институты после более чем 300-летнего синодального периода, во время которого РПЦ фактически была одним из государственных органов, что в конечном итоге привело к катастрофе. Речь идет о возвращении к системе Московской Руси и даже Византии, о восстановлении симфонии, при которой светская и духовная власти находятся в состоянии гармонии и сотрудничества, но при этом не подменяют и не поглощают одна другую. Естественно, восстанавливать все это по старым образцам невозможно. Значит, надо создавать новые. А все новое рождается трудно. При этом нельзя впадать и в другую крайность: ломать нерушимые церковные каноны в угоду духу времени. Такой вот путь по лезвию бритвы…

Всякая реформа, а особенно столь грандиозная, вызывает неприятие у многих. И в данном случае не только у атеистов. В РПЦ существует проблема с кадрами, и она имеет несколько источников.

Первый кроется в позднем советском периоде, когда Церковь ослабла донельзя, но сами священники при этом жили очень даже хорошо. Исключения были, но, как правило, сидел себе батюшка на приходе, служил литургии и всенощные, исполнял требы старушкам да практически бесконтрольно распоряжался пожертвованиями. Что еще человеку надо?.. Такой стиль служения многие из них, заняв высокие посты на епархиях, перенесли и в новые времена, когда от священника требовалось уже гораздо больше.

Вторая причина – в 1990-х годах, когда на волне эйфории возрождения православия в РПЦ хлынули массы людей. Священников стало не хватать – и множество неофитов приняли сан. Некоторые из них ни по своему духовному состоянию, ни по взглядам, ни по знаниям на роль пастыря не годились и по-прежнему не годятся.

Корни последних проявлений внутрицерковных нестроений вроде недавнего отказа трех ижевских священников поминать за литургией патриарха Кирилла – именно в деградации священства. Когда после громкого скандала с епископом Диомидом стали в этом деле разбираться, то обнаружили в его проповедях откровенно неправославные положения.

При этом с внутрицерковной фрондой радостно солидаризируются антиклерикалы. Совершенно не разбираясь в сути ее претензий – просто потому, что фронда «мутит воду» и ослабляет ненавистную Церковь.

В этих условиях патриарх ведет себя очень правильно: не рубит сплеча и проявляет к носителям смуты бесконечное терпение. Его главная задача – не дать уйти в песок реформам. А без них РПЦ обречена на положение слабой структуры на задворках общества, которую именно за эту слабость все любят и жалеют.

Автор: Павел Владимирович ВИНОГРАДОВ - редактор отдела социальных проблем "НВ".

Источник: Невское время

Комментарий RP: Полу-вопрос – полу-утверждение, вынесенное в заголовок статьи справедливо предполагает, что кому-то "усиление РПЦ" обязано мешать. Поэтому первое, что требуется определить, это в чем состоит само "усиление". Статья Соколова-Митрича отвечает на него достаточно прозрачно, в то время, как критическая реплика Павла Виноградова апологизирует что-то, вроде "клерикального материализма".

Стало очевидным, что Московская патриархия является крупным игроком на политическом поле, сотрудничает с властью в сфере управления, законодательства и хозяйствования, продолжает отчуждать государственную собственность и т.д. То есть, религиозная организация обретает политический, экономический и административный статусы, которые она, будучи церковью в светском государстве, в соответствии с Конституцией РФ иметь заведомо не может. Поэтому, не удовлетворять такое обстоятельство способно многих, что должно бы считаться не исключительной, а логичной общественной реакцией.

Такое "усиление" мешает, в первую очередь, самим православным – их вере и религиозной традиции, стремящейся к сохранению церкви, как собственно религиозной структуры. Превращаясь в квази-религиозную политико-административную организацию, Московская патриархия неизбежно расстается с тем, что определяло в ней суть - церковность и независимость от светской власти, в результате чего "церковь" перестает быть потенциальным арбитром в отношении происходящих социально-политических процессов. Более того, становясь по воле власти и собственного руководства их участником, РПЦ МП автоматически подвергает изменениям иерархию собственных ценностей, где ее Объект и Цель становятся лишь формой и средством достижения "земных" целей - влияния, богатства и власти, стремление к которым заведомо противоположно евангельской цели – спасению.

Усиление РПЦ МП в качестве источника регулирования всех сфер общественного бытия однозначно мешает и всем неправославным. То есть, последователям других религий и неверующим, так как является всего лишь попыткой "смены маски" в попытке реванша тоталитарного режима. Культовый антураж и апеллирование к понятиям и ценностям высшего (сакрального) порядка с преследованием сугубо "земных" целей являют собой прямую аналогию идеалистических мотивов памятного "строительства" социализма, а затем – коммунизма. Исторический опыт показал, к чему приводят общество такие эксперименты.

В контексте все более отчетливого осознания этих обстоятельств, в среде россиян возникает на первый взгляд парадоксальная ситуация, при которой всплеск интереса к религии и духовным аспектам смысла человеческого существования мирно сосуществует с ростом антиклерикальных настроений. Однако, ничего противоестественного в этом нет. Продолжая нуждаться в религии, люди находят все меньше ее признаков в декларирующей свою исключительность религиозной организации, на лике которой все отчетливей проступают знакомые черты "партии - руководящей и направляющей".