30 августа после богослужения в храме в честь святых равноапостольных Константина и Елены в Абакане патриарх Кирилл обратился к собравшимся. Он, в частности, сказал:

«Мы сможем решить стоящие перед нами задачи исторической важности, если все мы будем объединены, если между нами будет как можно меньше конфликтов.

Сегодня люди делятся по разным признакам ― по имущественному, национальному, партийному; но есть нечто, что должно объединять людей поверх всех этих признаков. И вера православная является таким общим домом для всех ― для правых и левых, для богатых и бедных, для власть имущих и безвластных, потому что в этом общем пространстве не только люди, но Сам Бог пребывает, и это родной дом для каждого человека. Вот почему Церковь никогда не включается в политический процесс, вот почему Церковь никогда не борется за политическую власть или экономическое могущество, — потому что каждый человек, вне зависимости от его взглядов, убеждений, национальности, вне зависимости от достатка, должен помнить, подходя к дверям храма, что здесь нет его врагов. Это то место, где весь народ объединяется.

Поэтому очень важно, чтобы в христианской общине преодолевались наши человеческие разномыслия, разногласия, ссоры и вражда. Если причащаемся от одной Чаши, то должны иметь мудрость и силу быть братьями не только в храме перед лицом Божиим, но и в мятущемся и раздираемом противоречиями современном мире. Для того и храмы строим, и стараемся воспитывать наш народ».

Источник: Regions.ru

Комментарий RP: Трудно сказать, намеренно или случайно, но в  данном новостном сообщении заключена немалая доля иронии. Утверждение религиозного деятеля о неизбежности решения общих задач при условии объединения россиян в границах православной конфессии независимо от их ориентации , является проповедью идеологического однообразия. Тогда, как само предложение такого структурирования общества по признаку религиозности, представляет собой пропаганду клерикальной политической модели устройства общества. То есть, слово, сказанное патриархом после богослужения, несет в себе признаки политического заявления, в которое парадоксальным образом присутствует противоречащее этому факту утверждение, что церковь "никогда не включается в политический процесс".

Похожий алогизм заключен и в априорном утверждении патриарха, что  церковь "никогда не борется за политическую власть или экономическое могущество". Оно слишком очевидно противоречит истории христианской церкви в целом и истории Русской церкви, в частности, как идеологической опоры власти с момента христианизации Руси. Наконец, противоречит оно и декларации государствообразующей роли православия в истории России. Последнее выглядит несколько забавно, так как справедливость этой формулировки, призванной оправдывать особый статус традиционно "про-государственного" вероисповедания,  не отрицается ни самой РПЦ МП, ни представителями научного сообщества.