Очередная "творческая находка" главы ОВЦО протоиерея Чаплина, о которой он известил недавно журналистов, заключается в предложении поделить Интернет на две "зоны". В одной, по его мнению, следует присутствовать "приличным людям", которые "не прячутся под личиной" общепринятых в сети "ников", раздражающих священнослужителя. Им предлагается входить туда под своими реальными именами.  Другую же определить для посещения людьми, имена которых он знает, несмотря на то, что они анонимно пишут "гадости в блогах или в электронных письмах".

Священнослужителя можно понять, так как оборотная сторона популярности – особенно той, которая приобретена самим протоиереем, - далеко не всегда бывает приятной. Поэтому, причина внесения им ощущения личной уязвленности в ряд проблем общедоступного информационного пространства загадки не представляет. Считая возможную анонимность в Интернете "угрозой обществу",  церковный чиновник вряд ли ориентируется на то объективной обстоятельство, что многочисленные группы интернет-сообщества обладают своего рода иммунитетом, который давно произвел это "разделение". Поэтому, в каких обсуждениях его поражает засилье "процветающей порнографии и педофилии", "нецензурной брани, оскорблений по национальному и религиозному признаку, лжи, клеветы, хамства", установить трудно.

Впрочем, понятные фобии протоиерея даже в самой РПЦ МП разделяют далеко не все.

Так, например, не менее популярный протодиакон Кураев в своем интервью "Российской газете" комментируя страхи Чаплина, считает, что анонимные собеседники не должны бы становиться их причинами.

"Во-первых, есть такой "жанр" общения, где анонимность вполне естественна. Я недавно летел из Абхазии в Москву, и в самолете мы разговорились с соседом-попутчиком. Беседа была долгой, спокойной, но мой собеседник не представлялся, да и я вовсе не хотел этого. Помните слова известной песни "Откроет душу мне матрос в тельняшечке, как тяжело на свете жить бедняжечке. …Кроме того, хочу обратить внимание, что в  Интернете уже есть механизмы, позволяющие регулировать присутствие тех или иных  собеседников. Зоны отчуждения для нежелательных анонимных собеседников можно создать у себя на сайте уже сейчас. Так у себя в ЖЖ  вполне можно отсекать анонимов от разговора. Я, например, предупреждаю: если ко мне в блог для участия в дискуссии приходит человек, скрывающийся под кличкой,  которого я толком не знаю,  я либо вообще не отреагирую на его появление, либо отвечу 2-3 фразами. Я не знаю, мужчина он или женщина, не знаю его возраст,  и человек, предстающий передо мною, если хотите, не вполне лично, не должен рассчитывать в таком случае на всеобъемлющий, публичный и  сущностно личностный ответ на свои заявления с моей стороны".

Гораздо более здраво и предложение Кураева по поводу того, каковой может быть правильная реакция, когда " на официальном сайте светской газеты появляется материал, в котором упоминается русская православная церковь и тут же набегает десяток полуанонимных "троллей" (другое имя участникам такого обсуждения мне трудно подобрать)  и начинает говорить о церкви оскорбительно и на повышенных тонах". По его мнению, было бы правильней создавать из числа верующих "группы  оперативного информационного реагирования специально для участия в дискуссии с такого рода "троллями".  Чтобы они могли спокойно войти в дискуссию и столь же спокойно и аргументировано  показать,  что такие представления о Церкви - это чушь".

ReligioPolis