Известный исламовед Роман Силантьев считает, что опыт построения отношений с мусульманами, существовавший в дореволюционной России, может пригодиться при формировании современного мультикультурного общества.

"Я полагаю, что нам весьма желательно вернуться к принципу, которым руководствовались власти России до 1917 года: кто не желает жить с православными мирно, тот перестает жить рядом с ними. Именно этот подход сможет гарантировать настоящий мирный мультикультурализм", - сказал Р.Силантьев, слова которого приводит во вторник газета "Известия".

Тогда, по мнению исламоведа, было построено мультикультурное общество, где мусульмане сохраняли свою этническую и религиозную идентичность, но в соответствии со своими обычаями жили только в анклавах: на Кавказе, в Средней Азии, на Волге.

"Есть существенная разница в том, где мусульманин режет баранов на Курбан-байрам - в своем родовом селе, или во дворе мечети, либо на лестничной площадке многоэтажного дома, населенного преимущественно немусульманами", - заметил Р.Силантьев.

По его словам, мультикультурализм времен XVIII-XIX веков в России существовал в первую очередь благодаря сильному государству, которое "поддерживало межрелигиозный мир не только добрым словом, но и штыком".

"Например, дружественное православным мусульманское сообщество было сформировано посредством многолетней целенаправленной работы со стороны властей, которые не только поощряли его лояльных лидеров, но и беспощадно пресекали все попытки сделать своих мусульман "пятой колонной", - рассказал Р.Силантьев.

Он убежден, что нашим предкам "кропотливым трудом" удалось выработать модель "оптимальных межнациональных и межрелигиозных отношений".

"Но эта модель имеет конечный запас прочности, который нужно возобновлять, причем не только материальным стимулированием меньшинств. Сейчас традиционные мусульмане нуждаются не столько в деньгах, сколько в эффективной защите от агрессивных сект, которые уже заметно их потеснили", - говорит эксперт, отмечая, что в миграционной, национальной и религиозной политике России в последние годы зачастую использовались "провальные наработки западных либералов".

Наблюдая за крахом мультикультурализма в Европе, России следует сделать соответствующие выводы, уверен Р.Силантьев.

Источник: Интерфакс

Комментарий RP: Публичный призыв проклерикального функционера, отчего-то именуемого "исламоведом", хорошо перекликается с "революционными" мотивами в пропаганде изменения государственного уклада Российской Федерацииих сторонниками от околоцерковных маргиналов до священноначалия. Вероятно, и теоретические разработки по модернизации идеи "Третьего Рима", и странные речи о задачах "православной революции", и данное выступление Силантьева объединяет один общий признак. Его можно определить, как окончательную оторванность от действительности, в которой для живущего в ней многомиллионного народа, до сих пор основными критериями являются общественная мораль, действующее законодательство и здравомыслие.

Вероятнее всего, увлеченность процессом безнаказанных опытов, не соответствующих этим критериям, не позволяет отдельным адептам идеи превращения светской цивилизованной страны в концлагерь отдавать себе отчет в том, как воспринимается активность россиянами. Поэтому, считаем оправданным напомнить, что согласно п.1а ст.1 ФЗ N 114 "О противодействии экстремистской деятельности", в понятие "экстремистская деятельность (экстремизм)" среди прочего входят:

- возбуждение расовой, национальной или религиозной розни, а также социальной розни, связанной с насилием или призывами к насилию;

- унижение национального достоинства;

- пропаганду исключительности, превосходства либо неполноценности граждан по признаку их отношения к религии, социальной, расовой, национальной, религиозной или языковой принадлежности;

- нарушение прав и свобод человека и гражданина, причинение вреда здоровью и имуществу граждан в связи с их убеждениями, расовой или национальной принадлежностью, вероисповеданием, социальной принадлежностью или социальным происхождением.

Еще один аспект того же явления вызывает ассоциации с некоторыми электронными играми, построенными на войнственной антиутопии и популярными среди молодого поколения подросткового возраста, удовлетворяющими, таким образом, свою потребность в разрядке потенциальной агрессии.